Сувенир из прошлого: “Баядерка” Алексея Ратманского в Берлинской государственной опере

Этой весной «Баядерка» снова появилась в афише Берлинской государственной оперы. В 2018 году Алексей Ратманский реконструировал для Берлинского государственного балета спектакль Петипа – по записям Николая Сергеева 1900 года. Несмотря на восстановленный 4 акт, мелодраме с индийским колоритом имперского размаха не хватило. Блестящие костюмы и декорации в духе ар-деко, заново созданные Жеромом Капланом, скромная видеопроекция вместо рушащихся стен храма, превратили постановку в блестящую безделушку. Да и разболтанная, по-разному выученная труппа не добавила спектаклю элегантности.

Баядерка

ФОТО: ЯН РЕВАЗОВ
ТЕКСТ: ПОЛИНА БУЛАТ

Первые 2 картины спектакля почти целиком пантомимны: исполнителю партии Солора как следует можно размяться лишь в вариации финального акта, что не удивительно. Главному  кавалеру императорского балета конца Павлу Гердту в 1900 году было 55 лет, да и ценили его прежде всего за умение аккомпанировать балерине. Спустя 120 лет столь бедная на танец мужская партия вызывает недоумение вперемешку с сожалением: странно смотреть, как потрясающе виртуозный Даниил Симкин большую часть спектакля лишь ходит по сцене. 

С другой стороны, хореографу и танцовщикам удалось напомнить современному зрителю о том, насколько насыщенной может быть пантомима. И главное – насколько оправданной в классической постановке, где в танцах царят, прежде всего, симметрия и иерархия. Пантомима в «Баядерке» Ратманского – отдельный танец. По нарастающей она разворачивает не только сюжетную, но и танцевальную канву спектакля: классический танец вырывается наружу мощным эмоциональным переживанием, коллективным или личным. Но только ведущие солисты Яна Саленко, Даниил Симкин, Эвелина Годунова – все трое советской школы – сделали его убедительным.

Нежная, плавная и при этом совершенно точная Саленко справилась и с ситаром, который Алексей Ратманский вернул в монолог Никии, и с газовым шарфом на видимом тросе, заменившем партнера в адажио. Балетмейстер превратил партию Никии в задачку по физике, и это ей совсем не идет, как бы технична ни была балерина. 

 

Посмотреть эту публикацию в Instagram

 

Публикация от Iana Salenko (@iana_salenko)

Очистив «Баядерку» от советских наслоений, Ратманский вернул ей степенность, но царственности не хватило. Где-то тому виной мишура костюмов и декораций, где-то – балеринский реквизит, пусть на 100% оправданный драматургией, наверняка – откровенно слабый в классике кордебалет, которому неоткуда впитать традицию. Ведущие солистки тоже казались немного растерянными из-за необходимости вращаться на полупальцах, сдерживать высоту ног – реконструкция требует того стилистически, но так просто не заложено в современных балеринских телах. За царственный апломб спектакля отвечала лишь Гамзатти Эвелины Годуновой – легкая, по-юношески резвая и знающая себе цену. Восстановленный финальный акт укрупнил и высветил её партию, и это большое достоинство всего спектакля. 

В остальном берлинская «Баядерка» – как экзотическая шкатулка. Иногда приятно открыть порассматривать узоры, но в центр комнаты – не поставить.